Интервью

 

Дата выпуска: 05.11.2018

13 концертов за два дня — «Безумный уикенд» пройдёт 10 и 11 ноября в Московской консерватории. Там стартует фестиваль «Вселенная — Светланов», посвящённый 90-летию со дня рождения Евгения Фёдоровича.

В субботу, 10 ноября, в полдень, фестиваль откроет Трио «Памяти великого художника». Выдающееся сочинение Чайковского в Большом зале Московской консерватории исполнят скрипач Вадим Репин, виолончелист Александр Князев и пианист Андрей Коробейников.

Мы поговорили с музыкантами об этом произведении, фестивале и Евгении Фёдоровиче.


СВЕТЛАНОВ

Вадим РЕПИН: С Евгением Фёдоровичем меня связывают и воспоминания, и множество неповторимых моментов на сцене. Мой первый концерт в Большом зале консерватории в Москве был под его руководством. Мне тогда было двенадцать лет. И после этого судьба свела меня с великим маэстро и в Америке, и в Европе, и в Японии — где только мы не выступали вместе! Воспоминания об этом всегда вводят меня в приподнятое состояние, в состояние большой радости, потому что его отношение к музыке, его необъяснимый талант на сцене приводил в восторг и музыкантов, и слушателей.

Андрей КОРОБЕЙНИКОВ: Евгений Фёдорович — совершенно уникальный дирижёр, потрясающий пианист, замечательный композитор и вообще фигура, каких поискать. Но есть два его уникальных качества, которые встречаются очень редко и которые трогают мою душу. Первое из них — непередаваемое и неповторимое чувство мелодии — дар, который даётся лишь немногим великим музыкантам. Светлановское ощущение мелодии, особенно русской мелодии — Рахманинова, Чайковского, — совершенно потрясающее. Тут есть нечто иррациональное, вызывающее и слёзы, и мороз по коже. Другая его черта — огромные крыла широкого полёта. Известно, что он любил дирижировать крупным размером. Но это не раскрывает его секрета. Напротив, совершенно непостижимо, как он складывает в единое целое огромные партитуры, огромные массивы музыкального материала, иногда разнородного, как в симфониях Малера, иногда, наоборот, монотонного, как, например, в знаменитых записях «Острова мёртвых» Рахманинова. Светланов обладал удивительным чутьём к той материи, которую он воплощает, и к духу произведения, к духу творческого вдохновения, которое приходило к композитору. 

ЧАЙКОВСКИЙ. «ТРИО ПАМЯТИ ВЕЛИКОГО ХУДОЖНИКА»

Вадим РЕПИН: Как любой гениальный реквием, это целый синтез эмоций и картин: тут есть и скорбь, и воспевание большой души и личности, и надежда. В этой палитре всё переплетено. Огромная радость исполнять это гениальное произведение, особенно когда рядом сидят прекрасные музыканты, коллеги. И мне кажется, что Трио Чайковского достойно открывать такой мощный фестиваль.

Андрей КОРОБЕЙНИКОВ: По масштабу Трио сравнимо с симфониями Чайковского. Его фортепианные концерты гениальны, но к ним так или иначе, прямо или косвенно приложил руку Зилоти. Да и вообще, Чайковский находился в таком положении, когда ему приходилось учитывать мнение пианистов вокруг, и в том числе Рубинштейна. В Трио же мой взгляд пианиста моментально видит воплощённый собственный пианизм Чайковского. Это в большой степени глубочайший фортепианный концерт, даже при развёрнутых партиях скрипки и виолончели. Но, в отличие, допустим, от молодого Рахманинова, это в такой же степени и скрипичный, и виолончельный концерт. Все три инструмента высказываются на симфоническом уровне практически во всех частях.

В этом произведении — личные эмоции, связанные с уходом Николая Григорьевича Рубинштейна. Это созвучно семантике Чайковского: космическая ностальгия пронизывает всё его творчество. И мне как русскому человеку это чувство не чуждо. Поэтому играть Трио — одно удовольствие. Но удовольствие не в банальном смысле, а в творческом. Отчаяние, особенно в конце, столь велико, что возникает ощущение, будто каждый раз, исполняя это Трио, ты умираешь на сцене, тем более с такими партнёрами, как Вадим Репин и Александр Князев, мощнейшие по энергетике и выразительности. Мне уже несколько раз посчастливилось сыграть с ними это сочинение в разных странах. Ну а сейчас будет наша совместная российская премьера. Как в любом настоящем ансамбле, как в химии, получается какой-то новый коктейль: я играю с ними иначе, чем с другими партнёрами. Мне кажется, что и они со мной играют иначе, чем с другими пианистами. Поэтому я очень жду этого концерта, чтобы снова вернуться и к нашему ансамблю, и к Трио.

ФЕСТИВАЛЬ «ВСЕЛЕННАЯ — СВЕТЛАНОВ»

Вадим РЕПИН: Помимо Трио, я буду исполнять с оркестром концерт Прокофьева. Все концерты фестиваля интересные. Если бы у меня было свободное время, я пошёл бы на любое из представлений без выбора, потому что все они логически связаны между собой и объединены личностью Светланова.

Андрей КОРОБЕЙНИКОВ: Сам формат фестиваля в мире не нов. Знаменитый французский фестиваль «Безумный день» сделан по прообразу рок-фестивалей. Его создатель Рене Мартен пришёл в классическую музыку и стал импресарио, будучи любителем рока. Там он подсмотрел идею со многими площадками и разноформатными концертами. Но здесь — другой акцент. Благодаря такому формату слушатели, да и мы, исполнители (я сам постараюсь посетить несколько концертов), смогут погрузиться в мир этого удивительного человека — Евгения Фёдоровича Светланова. Это возможность не просто послушать много замечательных концертов, но ещё и уяснить для себя его вселенную.

Когда-то Скрябин написал в дневнике фразу, за которую потом его много ругали и критиковали. Её смысл — «я — Бог». Как поклонник творчества Скрябина я его понимаю: он создал свой мир, он действительно Творец своего мира. У Светланова, как мне кажется, тоже была совершенно особая художественная система видения мира и ощущения жизни. И поэтому то, что в программе фестиваля будут представлены его любимые сочинения, авторы, излюбленные темы, показывающие его с разных сторон, оправдывает выбранный формат. Нас ждёт очень интересное погружение. Я думаю, эти два дня останутся в памяти надолго. Мы будем помнить, и кто что исполнял, и кому был посвящён фестиваль, потому что всё сделано с большой любовью к Евгению Фёдоровичу Светланову.


Записал Андрей Ноздреватых